В Сочи завершилась встреча президентов России, Афганистана, Пакистана и Таджикистана. Согласно официальному сообщению, размещенному на сайте президента России, главными темами дискуссии были «ситуация в Афганистане, противодействие угрозе терроризма и незаконному обороту наркотиков». В совместном заявлении, принятом главами четырех государств по итогам саммита, терроризм и распространение наркотиков были названы «угрозами миру и стабильности».
Это вторая встреча глав четырех государств – в конце июля 2009 года они провели переговоры в Душанбе. Тогда лидеры «четверки» в совместном заявлении призвали мировое сообщество предпринять дополнительные меры в борьбе с наркоугрозой из Афганистана. Повестка дня саммита 2010 года мало отличалась от прошлогодней – единственным добавлением стало обсуждение оказания помощи Пакистану, серьезно пострадавшему от наводнений.
Камран Бохари (Kamran Bokhari), директор отдела анализа Ближнего Востока и Южной Азии исследовательской организации Sratfor говорит: «В отличие от СССР, Россия не имеет границы с Афганистаном. Однако постсоветские республики Центральной Азии входят в российскую сферу интересов. Россия крайне заинтересована знать, что происходит в этом регионе и намерена влиять на происходящие там процессы. Особенно это важно сейчас, когда становится ясным, что стратегии США и НАТО в Афганистане не срабатывают».
«После нынешнего саммита в Сочи можно утвердительно говорить об активизации роли России в вопросах афганского политического урегулирования, укрепления региональной безопасности и усиления международного противодействия наркотрафику из Центральной Азии», – считает старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин. При этом, оговаривается аналитик, не стоит строить иллюзий, что с наркоугрозой можно покончить в короткие сроки – «одним взмахом косы». Наоборот, повторяет он, здесь нужен комплекс долговременных социально-экономических мер всего мирового сообщества.
Афганский опиум
Борьба с афганской наркоугрозой в последние годы стала одной из главных задач российской внешней политики. В последнее время Россия из преимущественно транзитной страны превратилась в одного из крупнейших потребителей опиатов, произведенных в Афганистане. По данным Управления по наркотикам и преступности ООН (УНП ООН), на долю России приходится 70 тонн афганского героина в год. Для сравнения, все государства Европы потребляют около 88 тонн героина. По оценкам УНП ООН, из примерно 100 тысяч наркоманов, ежегодно умирающих во всех странах мира, 30-40 тысяч – россияне.
Недавно президент Дмитрий Медведев утвердил Стратегию государственной антинаркотической политики России до 2020-го года. Эта стратегия предполагает решение двух главных задач: сокращение спроса на наркотики внутри России, а также налаживание международного сотрудничества по борьбе с распространением афганских наркотиков.
«Не стоит ожидать какого-то прогресса в борьбе с афганским наркотрафиком после сочинского саммита, – считает, однако, научный сотрудник Российского института стратегических исследований Аждар Куртов. – Хотя, конечно, Кремль использовал новый формат встречи, чтобы еще раз публично выразить свою обеспокоенность наркоугрозой, исходящей из Афганистана».
Четверо против Талибана
Второй главной задачей России в Афганистане является стабилизация ситуации в стране и недопущение возвращения к власти талибов. Как известно, до 2001 года контролируемый Талибаном Афганистан служил базой террористов, которые с его территории совершали нападения на иные государства, в том числе – бывшие советские республики Центральной Азии.
На сочинском саммите Дмитрий Медведев заявил: «Россия безусловно поддерживает усилия Афганистана по восстановлению гражданского мира в стране, по преодолению тех сложностей, которые были в последние годы. Естественно, поддерживает борьбу афганского правительства с террором и готова всячески помогать в этом направлении».
В последнее время Россия приняла ряд важных мер по оказанию помощи Кабулу. Она списала долг Афганистана на общую сумму в 12 миллиардов долларов, начала производить гуманитарные поставки продовольствия, пообещала предоставить помощь в восстановлении ряда афганских инфраструктурных объектов (эта тема также обсуждалась в Сочи), подготовке и оснащении афганских силовых структур и пр.
«Самое важное, на мой взгляд, какие конкретные механизмы может в настоящее время предложить российское руководство для урегулирования положения в Афганистане, – размышляет член ассоциации военных политологов Александр Перенджиев. – Каким образом сумеет заинтересовать Хамида Карзая, Эмомали Рахмона и Асифа Али Зардари в плодотворном сотрудничестве с Россией в вопросах обеспечения безопасности в Центрально-азиатском регионе, противодействии наркотрафика
Майкл O’Ханлон (Michael O’Hanlon), эксперт Института Брукингса (Brookings Institution), считает, что все государства, главы которых собрались в Сочи, уже оказывают значительную помощь силам НАТО по стабилизации обстановки в Афганистане: «Прежде всего, это касается вопросов логистики. Силы НАТО начали намного более активно использовать «северный маршрут». Государства НАТО очень высоко ценят эту помощь со стороны России. Это крайне высокий уровень сотрудничества в регионе, который Россия традиционно хорошо знает».
Замена НАТО
Россия играла и продолжает играть важную роль в деле афганского урегулирования. Операция НАТО в Афганистане проводится в соответствии с мандатом ООН, который поддержала постоянный член Совета Безопасности – Россия. В свою очередь, стратегия восстановления Афганистана была определена на Боннской конференции, в которой Россия также принимала участие.
Предполагается, что силы НАТО будут находиться в Афганистане до 2011 года. Хотя ряд высокопоставленных руководителей Североатлантического альянса уже высказывал предположения, что, возможно, части войск придется задержаться в Афганистане, чтобы оказывать помощь местными силовым структурам.
Владимир Сажин критически оценивает шансы США и их союзников по международной коалиции на то, что вывод войск из Афганистана начнется летом 2011 года. Говоря об этом, считает эксперт, политики просто «выдают желаемое за действительное». «Хорошо бы, конечно, побыстрее вывести все иностранные войска из Афганистана, – признает старший научный сотрудник Института востоковедения РАН. – Но что делать дальше? Ведь вывод войск сам по себе не решит афганскую проблему». Сейчас, по его мнению, правильнее вести речь о расширении возможностей центрального афганского правительства, об укреплении власти и законности в афганских провинциях и, конечно, о борьбе с коррупцией.
Как полагает аналитик, сегодня вклад России во внутриафганское урегулирование может быть гораздо более значительным. Дело, продолжает профессор Сажин, ни в коем случае не идет об участии российских солдат в боевых действиях в этой стране, однако политическая, экономическая, военно-техническая поддержка Москвы кабульского правительства должна стать значительно более эффективной.
Ольга Оликер (Olga Oliker), эксперт корпорации RAND, считает самым важным то, что руководители четырех государств сели за стол переговоров, для того чтобы назвать и обсудить общие проблемы: «Не думаю, что от таких саммитов стоит ожидать каких-то кардинально новых инициатив, которые могут серьезно изменить ситуацию в регионе. Однако крайне полезно то, что главы государств общаются друг с другом».
Научный сотрудник Российского института стратегических исследований Аждар Куртов называет нынешний сочинский саммит важным и нужным событием, примером поиска «нового многостороннего формата» урегулирования афганской проблемы.
На сочинском саммите была достигнута договоренность о продолжении работы в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), в которых лидирующую роль играет Россия. Москва давно предлагает НАТО установить официальные межблоковые отношения с ОДКБ, однако эта инициатива пока не нашла поддержки в Брюсселе.